К оглавлению

 

C. А. ЧЕТВЕРТАКОВ.

“ФОРМЫ, ПРЕДШЕСТВУЮЩИЕ...”, Рукопись, Л.,1979-1986. - 360 с. 

 

Комментарий автора в 2004 г. Ниже приводится текст раздела книги, касающийся долговременного прогноза развития СССР. Это рабочий материал дополняет прогноз, выполненный в «Разделении труда», поскольку в первой работе не были приняты во внимание межнациональные отношения. Кроме того, новый прогноз выполнен на основе исследования истории развития хозяйственных укладов, особенно с учетом исторических процессов межэтнического взаимодействия. Это потребовало пересмотреть схему способов производства Маркса, дать определение различных типов империй и их механизма развития и разложения, сформировать новое экономическое определение феодализма (Западная Европа и Япония) как точки локальной трансформации социальных структур и институтов, показать и причину появления такой точки, и внутренний механизм такого перехода. Последний механизм является новой интерпретацией и объяснением причин демографического роста (IX-XI вв.) и начала роста городов в Западной Европе.

 

Раздел приводится с целью показать, что прогноз дальнейшего разрушения Российской империи, выполненный на основании следствий теории потребностей А. Маслоу и некоторых других социально-экономических аксиом и выводов, может  быть реальным результатом в социологии. Данное утверждение  является решительным оппонированием ставших известными автору взглядов в среде исследователей-социологов, возможно, достаточно общих, о том, что социология не имеет целью и не предназначена для какого-либо социального прогноза.

 

 

ЧАСТЬ 4. НЕКОТОРЫЕ ПОЛИТИКО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ СТОРОНЫ "РЕАЛЬНОГО

СОЦИАЛИЗМА" В СВЕТЕ ИСТОРИЧЕСКОГО ОПЫТА

 

Заключение. Перспективы развития  советской экономики при отсутствии третьей мировой войны.

 

Перспективы развития ГСП-РСП-уклада[i] в Древнем Мире вплоть до развала Римской империи и в эпоху развития капитализма (Австро-Венгрия, Османская империя, Китай) нам известны.

До возникновения капитализма регион РСП-ГСП, ослабевая, подвергается нападению более активных соседей и завоевывается ими, продолжая РСП-уклад. Выходом в новую формацию – феодализм -  является отсутствие более агрессивных соседей, опосредование их другими ослабленными соседями, невозможностью кочевников докатиться до ядра ослабленной и разрушенной империи. Трансформация разложенной империи, не завоевываемой соседями, в феодализм (Западная Европа и частично Япония) тогда происходит закономерно.

В Новое Время, с XVI в., закономерность иная. ГСП-РСП-уклад начинает контактировать с КСП и попадает под военное и экономическое влияние КСП. Если отбросить военные конфликты, имеющие результатом полную катастрофу или потерю экономической независимости до военно-политического развала (Китай, Австро-Венгрия), то потеря экономической независимости до военно-политического развала становится единственным выходом и альтернативой. Примером служит Османская империя.

Постепенное разрушение централизованного управления и коррупция государственного аппарата, становление местных регионального уровня кланов или «мафий» - таков первый шаг, который как и в Османской империи, осуществляется в настоящем в России. Интенсивная распродажа сырья для закупок продовольствия и промышленного оборудования за рубежом должны привести к падению инженерно-технического уровня собственного производства, усилению экономической зависимости от научно-технического и экономического потенциала Запада. Коррупция чиновников, подкуп их зарубежными фирмами может приблизить страну к росту внешнеторговой задолженности в отдаленном будущем, которая ныне отсутствует только в связи с наличием и продажей природных ресурсов. Этот путь развития ГСП-РСП-уклада с поправками на торговлю ресурсами можно назвать т.с. «османским» путем разрушения ГСП-РСП-уклада в России.

Не исключен, конечно, и путь реформ, но он менее вероятен. На его пути стоит грандиозный по своей силе противник – руководство и аппарат министерств, с одной стороны, и руководство и аппарат партийных и идеологических региональных органов, с другой. Обе стороны заинтересованы сохранять свою власть над предприятиями и регионами соответственно.

Идеологический аппарат и его «хозяйственная» деятельность особенно влиятелен. Напомним, что, как и в Османской империи, так и до нее, в абсолютистских режимах Западной Европы, для дальнейших реформ в экономике светским главам государств необходимо было проводить «секуляризацию» - ограничение хозяйственного и политического могущества церкви. И заметим, нигде в Средние века церковь как идеологическая власть не претендовала так последовательно на монополию управления всем хозяйством. В этом плане, чтобы увидеть единство светской и духовной власти у ислама нам следует возвращаться ко много более древним временам – Дамасскому и Багдадскому халифатам. В Средние века борьба за секуляризацию была сложна и опасна. В Османской империи султан расправился с корпусом янычар, как Петр со стрельцами, но вплоть до распада Османской империи  светская власть не могла преодолеть сопротивление ислама экономическим реформам, воспринимавшимся как влияние «гяуров».

В СССР еще много можно сделать с аппаратом министерств, но очень трудно преодолеть сопротивление идеологического аппарата, ограничить или хотя бы регламентировать право вмешательства региональных идеологических органов в дела предприятий. Поэтому успех в направлении реформ сверху маловероятен.

Миллионы работников аппаратов, хозяйственного и идеологического в партии, армии, КГБ, на предприятиях просто не допустят реформ, связанных с ростом хозяйственной самостоятельности предприятий.

Второе. Ныне объем накопленных диспропорций настолько велик, дисциплина труда настолько ослаблена, что реформы должны ударить по интересам многих миллионов рядовых работников, находящихся на ненужных рабочих местах. Любое действие сейчас, это не только исправление ситуации, но и экономическое давление, экономическое затруднение, включая возникающую безработицу, необходимость ее преодолеть. В нынешних условиях наличия сильного и уверенного в себе консервативного звена появление самого недовольства населения реформой станет достаточным основанием для подавления начала реформ. Каким образом понизить сопротивление реформам идеологического аппарата мысленно представить себе невозможно.

Ключ к пониманию механизма реформ, пусть даже частичных, дает, кажется, китайский сдвиг конца 70-х – начала 80-х годов. Всплеск хозяйственных успехов в Китае произошел после трагедии культурной революции и после длительного периода анархии и стихийной децентрализации хозяйственных и административных связей, когда партийный аппарат фактически перестал быть единым, потерял власть как единое целое. И тогда оказалось возможным введение хозрасчета на уровне предприятий, раздача земли крестьянам на уровне только одной провинции (Сычуань). Успехи провинции в сельском хозяйстве и промышленности оказались настолько разительными, что секретарь ее стал фактически руководителем реформ в КНР. Однако без страшной анархии в Китае такие прорывы-эксперименты были бы практически невозможны. Из Пекина фантазера немедленно бы убрали. Период анархии или децентрализации политической и есть аналог феодализма.

Стоит также учесть, что Китай как империя – гигантское и централизованное государство с развитой государственной функцией после Синьхайской революции пережил еще более сложный период гражданских войн и японской агрессии. Поэтому несколько последних поколений Китая уже имели опыт индивидуальной борьбы за выживание в условиях Сциллы анархии и Харибды тоталитарного, т.е. государственного способа производства.

Но то, что можно сделать в Китае в момент политического безвластия под прикрытием ядерного щита СССР, того невозможно сделать или нельзя ожидать в Советском Союзе. Политическая децентрализация в СССР – это, как показывает опыт декабря 1917 г., означает центробежные выбросы кусков многонациональной «лоскутной», также как и Австро-Венгрия, России.

Более того, поскольку мы теперь понимаем, что «социализм» - явление по укладам докапиталистическое, тогда и многонациональность Союза – явление того же порядка. В свете будущего раскрытия всех скрытых концлагерями противоречий с будущим становлением капитализма можно быть уверенным, что в многонациональной России все национальные проблемы пройдут австро-венгерский исторический путь. И это в лучшем случае. В случае реформ вопрос о национальном и политическом отделении с сохранением во многом сложившихся экономических связей, несомненно станет в повестку дня.

Не следует ожидать при этом быстрой трансформации новых межгосударственных экономических связей в духе «Общего рынка». Такие отношений объединения складываются десятилетиями и при колоссальном стремлении, движении навстречу друг другу в областях внутренней экономической политики. И в полной уверенности отсутствия стремления  поглощения одних другими, при относительном равенстве вступающих в союз экономических потенциалов объединяющихся государств.  С Россией и сателлитами все сложнее: и неравенство потенциалов, населения, и свежие воспоминания братских объятий, и весьма сильные различия в культуре и производительности труда, даже в вопросах вероисповедания.

И нынешнее общество – русский народ, руководство государства к этому совершенно не готово. Находится в эйфории своих прошлых успехов. И потому любые сбои в реформах – это аргумент для их противников.

Вот поэтому исторический успех в направлении реформ сверху маловероятен.

Итак, если исключить ядерную войну, а это мы и делаем, считая ее маловероятной также, то основное развитие будущей экономики может проходить следующим образом:

-       Чрезвычайно маловероятный путь собственных реформ с последующим отделением большинства союзных республик и с сохранением добровольного экономического союза и м.б. военно-политического союза (самоликвидация ГСП-РСП-уклада);

-       Путь постепенной естественной децентрализации, загнивания, хозяйственного ослабления, усиления продажи сырья, попадания в экономическую кабалу, потерю экономической независимости и последующий раздел Союза (извне или  изнутри) с выделением независимых государств, подавлением и разорением многих отраслей промышленности при распаде сложившихся традиционных сырьевых и товарных связей, с разорением промышленности при открытой конкуренции с потоком западного импорта. В момент политической анархии не исключена возможность отчуждения Восточной Сибири Китаем. Российское  федеративное государство, возможно, превратится в одну из полузависимых стран среднего уровня развития типа Аргентины и Мексики. Внутри ее далее пойдет процесс выделения ряда самостоятельных государств народов Поволжья, народов Северного Кавказа.

 

Каков бы ни был путь развития, до сих пор у человечества в целом не было оснований считать, что история это путь регресса. Неизбежный распад Союза ССР, а впоследствии Индии и Ирана, есть тоже шаги вперед в хозяйственном и культурно-историческом процессе Восточной Европы, Центральной и Северо-Восточной Азии – группы цивилизаций, отставших в силу описанных выше причин в своем историческом развитии, и ныне подходящих к периоду решительной структурной трансформации для того, чтобы слиться с европейско-американской и тихоокеанской цивилизациями промышленного типа в единое мировое сообщество.

 

По этой теме, см. также мою статью в газете «Новое русское слово»:

Сергей Четвертаков. Заметки экономиста, Novoye Russkoye SlovoRussian Daily, 22 November, 1990, N.Y.

 

 

 

К оглавлению

Империи

 

 



[i] Используемые в тексте сокращения:

ГСП – государственный (азиатский) способ производства (дано новое определение);

КСП – капиталистический способ производства;

РСП – рабовладельческий способ производства (дано новое определение);

ФСП – феодальный способ производства (дано новое определение).

 

 



Rambler's Top100 Яндекс.Метрика



Hosted by uCoz